Сейду Думбия снова ждут в ЦСКА

Алексей Игонин: «От каждого матча получал наслаждение»

Опубликовано: 03.09.2018

Бывший капитан «Зенита» Алексей Игонин рассказал о том, что считает своим главным достижением в футболе.

С именем Алексея Игонина связано рождение нового «Зенита» - команды, которая бросила вызов грандам нашего футбола и на рубеже веков добилась первых в российской истории успехов. К сожалению, так сложилось, что затем пути капитана «бронзовой» команды и клуба разошлись. Летом Алексей закончил выступать, но из футбола уходить не собирается.

- Алексей, трудно далось решение завершить карьеру игрока?

- В мае у меня закончился контракт с «Анжи». Ушел в отпуск, позвонил в клуб и узнал, что соглашение со мной не продлили.

- Вы сами не собирались заканчивать? Все-таки возраст, уже 36…

- Хотел еще поиграть. Да, после 30 лет трудно рассчитывать на долгосрочные контракты. Обычно предлагают продлить на год, не дольше. Когда играл в «Сатурне», то тренер Андрей Гордеев говорил мне, что если со мной правильно работать, то я смогу еще несколько лет играть с пользой для команды. Но он хорошо меня знал, понимал, что мне надо давать другие нагрузки на сборах, что мне требуется после матчей чуть больше времени на отдых и восстановление. Конечно, с моими коленями нужен индивидуальный график. Я поиграл бы еще, но тренеры, которые знают, как со мной работать, не возглавляют сейчас команды премьер-лиги.

- В первый дивизион не пошли бы?

- Были предложения. Но на тех полях, на каких там играют – «огороды» или синтетика – я быстро бы себя добил. И вообще, чем ниже уровень турнира, тем больше физические нагрузки. Мастерства игрокам не хватает, и они «пашут» - и в матчах, и на тренировках.  Мне было бы сложно в таких условиях.

- Значит, футболом не пресытились? Ведь 17 сезонов на профессиональном уровне отыграли.

- Ну что вы? Как можно пресытиться футболом! Да я от каждого матча получал наслаждение. Чувствовал, что скоро придется заканчивать, и очень дорожил возможностью играть. Хотя как говорится: «Перед смертью не надышишься»…

- От игроков, чья карьера была столь же как у вас продолжительной, приходилось слышать, что сам футбол не надоедает, но с годами очень тяжело даются тренировки, сборы, поездки.

- Вот с этим в последние годы не было никаких проблем. Если сравнить те условия, что были, когда я начинал, и те, что сейчас – это небо и земля. Например, гостиницы – на последнем сборе с «Анжи» мы жили в шикарном отеле с таким сервисом! За обедом не успеваешь рукой пошевелить – официант подбегает, намазывает тебе хлеб маслом, салфеточку разворачивает... Я себя чувствовал прямо как в раю.

- С «Анжи» вам повезло? Вы ведь перешли в эту команду, когда она считалась середняком.

- Даже не середняком, а боролась за выживание.

- И вдруг чудесное превращение – в клуб начинает вкладывать баснословные деньги Сулейман Керимов, появляются суперзвезды Роберто Карлос, Самюэль Это’О. Как вы все это воспринимали?

- Интересно было. Вот я, а вот - Роберто Карлос. Непривычно. Он тоже поначалу не очень понимал - где он, куда попал? Потом освоился.

- Вы с ним на каком языке разговаривали?

- На английском, были ребята, которые говорили по-португальски и немножко по-русски, переводили. Роберто Карлос – нормальный парень. Он быстро понял, что я тоже умею в футбол играть, и общаться с ним было просто.

- Скажите, а правда, что Роберто Карлос и Это’О добились зимой отставки Юрия Красножана? Пожаловались на него Керимову?

- Как было – пришел Красножан, начал предсезонную подготовку. Сразу объяснил, что у него три цикла тренировок. Первый – на тренажерах, второй – беговая работа, и только на третьем – занятия с мячом. Убеждал, что это проверенная методика, он много лет ее использует. Но Это’О привык тренироваться с мячом. После первых же занятий в тренажерном зале стал жаловаться, что мышцы болят...

- И Керимов пригласил Гууса Хиддинка. На него никто не жалуется?

- У Хиддинка большая команда помощников, все четко организовано. Я вообще заметил, что у иностранных тренеров ассистенты выполняют очень большой объем работы. Не только у Хиддинка, так было и у Вайсса, у Ребера в «Сатурне». Это у наших тренеров помощники только манишки раздают, а все делает главный. Если главный – иностранец, то он может вообще на поле не выходить.

- «Анжи» закончил прошлый чемпионат на пятом месте, после большого перерыва попал в еврокубки. Наверное, по этому поводу в Махачкале прошли празднества, а Керимов выплатил щедрые премиальные?

- Как-то скромно все прошло. Я тоже надеялся по итогам сезона получить какой-нибудь бонус (улыбается). Может, если бы вышли в Лигу чемпионов, тогда Керимов расщедрился.

- Все ждут от дагестанской команды, от Хиддинка красивого футбола, а его нет.

- Хиддинк еще не так долго работает. Ему нелегко, в Махачкале нет условий для тренировок, поэтому команда живет в Подмосковье на бывшей базе «Сатурна». Играет «Анжи» пока не очень хорошо. Смотрел их матч с «Зенитом» - это была какая-то бойня, а не футбол, носились все с бешеными глазами. Наверное, от Хиддинка требуется результат в первую очередь, «Анжи» его добивается. В чемпионате – среди лидеров, в Лиге Европы выступает без поражений. А красивая игра придет.

- Вы вспомнили «Сатурн», в этом клубе отыграли почти столько же, сколько в «Зените». Это был любопытный проект – часто менялись не только тренеры, но и вектор развития клуба.

- Да, состав «Сатурна», пока я за него выступал, несколько раз обновился полностью. Когда пришел, то главным был Борис Игнатьев, и в команде в основном наши ребята - Виктор Онопко, Валерий Есипов, Петр Быстров, Алексей Медведев. При Тарханове стало больше южноамериканцев, на тренировках много над техникой работали. Помню, фишки надо было обводить, а у меня мяч отскакивал, было даже стыдно – ну какой же я мастер... При нем старались играть в атакующий футбол. Я то привык, что отобрал мяч – сразу отдал, а при Тарханове надо было бежать вперед, до штрафной, вытащить на себя двух-трех защитников и отдать голевой пас нападающему (смеется).

- «Сатурн» обычно занимал места в середине таблицы. Руководство Московской области ставило задачи выиграть медали, выйти в еврокубки?

- Ставило, конечно. Губернатор области Громов следил за командой. Он вообще интересовался футболом, как-то был прием у него в резиденции, так он с каждым из нас немножко поговорил, и показал, что многое знает. Например, Лешу Еременко спрашивал, как тот играл в Италии. Поэтому я был сильно удивлен, когда клуб закрыли.

- Многие тогда недоумевали – у «Сатурна» был новый стадион, тренировочная база - одна из лучших в стране, интернат. И вообще, в Подмосковье много профессиональных спортивных клубов, развивают хоккей, баскетбол, волейбол, гандбол, хоккей с мячом, а футбольный вдруг ликвидировали.

- Наверное, дело в том, что болельщиков у нас оказалось не так много. Вот когда в Томске хотели закрыть клуб, там болельщики протестовали, вышли на митинг, к ним прислушались. Ведь целый регион мог остаться без футбола. А в Раменском на акцию в защиту «Сатурна» собралось мало народу. Да и Москва рядом, а там много команд.

- Тогда против вас настроили общественность, опубликовав зарплатные ведомости футболистов.

- Те цифры не соответствовали действительности. Мы столько не получали. Но, конечно, бюджетники, пенсионеры были возмущены нашими контрактами. У «Сатурна» были долги, но для бюджета области это мизерная сумма.

- «Сатурн» так с вами до конца и не рассчитался?

- Нет. Иск подан, столько документов оформлено - хоть стены оклеивай. Но пока ясности нет.

- Давайте вспомним этапы вашей карьеры в родном Питере. Ведь сложно было попасть в главную команду города не из «Смены» или СДЮШОР «Зенит»?

- Да, в эти футбольные школы отбирали самых лучших, а я в детстве особыми способностями не выделялся, только трудолюбием. В дубль «Зенита» попал благодаря тренеру Виталию Лебедеву, который знал меня по институту имени Лесгафта. В тот момент я и не мечтал, что стану профессиональным футболистом. Играл за любительскую команду, в которой выступали мои друзья и знакомые. Тогда в дубль на просмотр собрали человек 65, меня в итоге оставили.

- Вы дебютировали при Садырине?

- Павла Федоровича я мало застал. Он стал меня включать в заявку на матчи, выпускать на замены. Поверил же в меня Анатолий Федорович Бышовец.

- Правда, что Бышовец убедил Виталия Мутко серьезно повысить вам зарплату?

- Дело было так – у меня был контракт игрока дубля. Надо было заключить соглашение как игроку основного состава. Виталий Леонтьевич (Мутко – Прим. ред.)  вызвал к себе, рассказал, сколько я буду получать. Не помню, какие тогда были суммы, но я обрадовался и подписал. Бышовец узнал у меня, сколько будут платить, сказал, что это мало, пошел к Мутко и мне повысили зарплату. Но Анатолий Федорович не только за меня хлопотал, он за многих ребят просил.

- С «Зенитом» вы выиграли Кубок России, бронзовые и серебряные медали. Какой из этих успехов вам дороже?

- Когда выиграли Кубок, то был совсем молодым. Не очень понимал, что мы сделали. Да и турнир совсем короткий – два-три матча и уже финал, «Лужники». Только потом, когда нас поздравляли в Питере, когда тысячи людей пришли на Невский проспект, по которому мы ехали с кубком в открытых машинах, осознал, что это большая победа. Другое дело – бронза. К ней мы шли весь сезон, провели много тяжелых матчей. Третье место в 2001-м считаю своим главным достижением. А серебро – хотя у меня и есть эта медаль, не чувствую, что это моя заслуга. В 2003-м очень мало играл.

- Алексей, вам неприятно, наверное, будет вспоминать уход из «Зенита». Но расскажите, как это было. Ведь болельщики тогда были уверены, что Игонин еще много лет будет в команде капитаном.

- Помню, Виталий Леонтьевич Мутко в шутку говорил: «Леша, мы продадим тебя в Европу миллиона за два» и такие цифры казались фантастикой. Получилось же, что я получил травму, долго восстанавливался. В «Зенит» пришел Петржела. Никаких конфликтов с ним не было, даже разговоров каких-то. Вдруг Мутко звонит и говорит: «Леша, я сам ничего не понимаю, но Петржела говорит, что с тобой надо расстаться». Я тогда еще не набрал форму, никаких предложений у меня не было. Просил, чтобы мне разрешили тренироваться с основным составом, но Петржела не согласился. Не знаю, почему он так решил. Тогда он избавился еще от Саркиса Овсепяна и Сергея Осипова, тоже ничего не объяснял. Наверное, ему надо было освободить место для других футболистов.

- Потом у вас не было шанса вернуться в «Зенит»?

- Пожалуй, нет. Да и кто вообще вернулся тогда – только Саше Горшкову повезло.

- Чем вы занимаетесь сейчас?

- Пока осматриваюсь, изучаю предложения. Привыкаю к новой жизни.

- Удалось за карьеру игрока скопить капитал?

- Трачу последнюю зарплату, полученную в «Анжи». Хорошо, что не продал в свое время квартиру в Петербурге, а то жить было бы негде. Никакого капитала нет, надо начинать все заново.

- Любого футболиста, закончившего играть, спрашивают о желании стать тренером.

- Знаете, тренером себя не вижу. Это очень тяжелый труд. И пробиться сложно. В России сложилась компания тренеров, которые ходят по кругу, из клуба в клуб. Молодому дорога закрыта. Вот Горшков – отлично поработал с «Нижним Новгородом», едва не вывел команду, которая без денег, без игроков, в премьер-лигу. Сезон закончился, клуб расформировали. Я спрашивал Сашу – «Как ты? Есть предложения» Он – «Веришь? Ни одного звонка за две недели».

- В свое время Мутко говорил, что Игонин может стать большим человеком в «Зените», руководителем.

- Виталий Леонтьевич меня хорошо знает. Надеюсь, что поможет с работой. Пока играю за команду ветеранов «Виктория-Питер», помогаю руководству Глобальной футбольной лиги в организации соревнований. Еще выступаю за сборную правительства Петербурга, уже две золотые медали выиграл на турнирах - в Павловске «Кубок 19 августа» и в Сестрорецке в День города.

- Вас узнают болельщики?

- Сам удивляюсь, что меня в Питере не забыли. Недавно в аптеку зашел – подходит человек, говорит: «Вы – Игонин? Мне очень нравилось, как вы играли». Скрывать не буду – было приятно.

Беседовал Михаил Григорьев? "Невское время"

www.nvspb.ru